Интерьеры дворцов Палладио и Виченце поразительны в сравнении с рядом стоящими дворцами. Его мастерство заключается в умении сочетать большие высоты внутреннего пространства, крупные и лаконично решенные элементы интерьеров с тончайшей моделировкой деталей. Именно это и создает непередаваемое величие палладианских дворцов.

Небезынтересно привести в пример гибкое профессиональное мастерство Ле Корбюзье, использовавшего масштаб как средство связи архитектуры и человека в зависимости от конкретных задач.

Придавая значение человеческому масштабу, Ле Корбюзье считает основным достоинством модулора его со размерность человеку. Однажды для устройства выставки живописных работ ему предоставили зал в Национальном музее живописи в Париже, Работы Матисса, Брака, Пикассо и других, по словам Ле Корбюзье, много потеряли из-за несоответствия их размеров залу «сверхчеловеческих масштабов». «Бывают архитектурные сооружения,— пишет он,— рассчитанные не то на блох, не то на жирафов, точно это не определить. Но во всяком случае не на человека».

Находишь выход из положения в том, чтобы с помощью эффективных средств восстановить необходимый контакт между посетителями выставки и экспонатами.

Ле Корбюзье решился на это и создал в этом несоразмерно высоком зале систему объемов высотой 226 см, сочетая их таким образом, чтобы наиболее выгодно использовать их внешние и внутренние поверхности для размещения живописных полотен, скульптуры и других экспонатов.

Не все одинаково одобрили это решение. Фернан Леже считал, что Ле Корбюзье изуродовал великолепный зал. Однако последний, по его словам, сознательно стремился к изменению масштаба. Произведения, выставленные в таком помещении, воспринимались в истинных масштабах, оказывая определенное эмоциональное воздействие.