Архитектура и скульптура Эйфелева башня Огюст Роден Гюстав Курбе Эдуард Мане Василий Перов Иван Крамской «Тайная вечеря» Иван Айвазовский Шишкин Куинджи Виктор Васнецов Третьяковская галерея Импрессионизм Неоимпрессионизм Постимпрессионизм

Промышленная революция XIX в., коренным образом преобразившая методы производства, обусловила необходимость новой организации рынков сбыта. Сопоставление промышленных потенциалов нескольких десятков стран разных континентов должно было ознаменовать начало новой эпохи - эпохи свободной конкуренции.

Прерафаэлиты

Эдуард Берн-Джонс. Последний сон короля Артура в Аваллоне. 1881—1898 гг. Музей искусств, Понсе.

 

В последние годы жизни Берн-Джонс также обратился к легендам об Артуре. Самой важной картиной художник считал «Последний сон короля Артура в Аваллоне» (1881 — 1898 гг.). Аваллоном в кельтской мифологии называют «остров блаженных», потусторонний мир, чаще всего помещавшийся на далёких «западных островах». По преданию, на Аваллон был перенесён смертельно раненный в сражении Артур. Бернджонсовское полотно так и осталось незаконченным.

В 1890 г. Моррис организовал издательство, в котором вместе с Берн-Джонсом напечатал несколько книг. Опираясь на традиции средневековых переписчиков, Моррис, так же как и английский график Уильям Блейк, попробовал найти единый стиль оформления страницы книги, её титульного листа и переплёта. Лучшим изданием Морриса стали «Кентерберийские рассказы» английского поэта Джефри Чосера. От этой книги веет ожившим Средневековьем: поля украшены вьющимися растениями, текст оживляют заставки-миниатюры и орнаментированные заглавные буквы. Миниатюра (франц. miniature, от лат. minium –«киноварь», «сурик») — художественное произведение (обычно живописное) малых размеров, отличающееся особо тонкой манерой наложения красок.

«Кентерберийские рассказы» вышли в год смерти Уильяма Морриса. Через два года не стало Эдуарда Берн-Джонса. История движения прерафаэлитов закончилась. Наступило XX столетие, мастерам которого они оставили большое наследство благодаря возвышенной вере в искусство и творческим достижениям, изменившим отношение общества и художников к живописи, оформлению книги и декоративно-прикладному искусству.

Не то в Италии, — здесь новое веяние, новое государство. Здесь цветет торговля, сюда стекаются капиталы, призрак войны не тревожит воображение. В сношениях с соседями силу кулачного права заменяет дипломатия. После того как античная цивилизация пала, мы здесь впервые встречаемся с обществом, которое живет умственным наслаждением. Двор Версаля был только потомком итальянской утонченности. Ученые не таятся уже по монастырям в пыльных книгохранилищах, — их правительство вызывает на арену общественной деятельности, они становятся секретарями, министрами.

Учреждается Академия философии, восстанавливаются пиры Платона. В особую залу собирается цвет учености и искусства и здесь беседует между собою без чинов и этикета о тех вопросах, которые так часто тревожат воображение, не находя себе ответа.

Такой опытный образец зачастую представляет собой своеобразный "функциональный макет", носит рабочий характер, является как бы промежуточной стадией и подразумевает последующую работу художника-дизайнера. После чего он приобретает эстетически законченный вид. Такое формообразование для "внутреннего пользования" находится вне коммерческого спроса, а поэтому, и не зависит от моды. Авторы решают здесь в основном сугубо утилитарно-функциональные задачи; художественно-эстетические проблемы, вопросы эргономики, технологии тиражирования и многое другое либо отодвигаются на второй план, либо не принимаются во внимание вообще